Леонид Жариков «Легенда о Ермачке»

В тот геройский день, когда шахтер Алексей Стаханов нарубил в забое вместо семи тонн угля, как полагалось по норме, сто две тонны, нашлись люди, которые не
верили, говорили: не под силу одному человеку дать столько угля за смену. Были даже такие чудаки, которые нашептывали, будто у Стаханова особенный отбойный, сделан для него лично по секретным чертежам.

На чужой роток не набросишь платок. Дошли вести про Стаханова до заграницы. И если у нас были неверующие, то загранице сам бог велел не верить и сомневаться.

А между тем стахановская наука разлилась по стране весенним половодьем, и уже не было шахты, где не отыскался бы свой чудотворец, который по десяти и больше норм вырубал за смену.

Поехал наш горловский богатырь Никита Изотов в гости до Стаханова. «Здравствуй, Алексей».— «Здравствуй, Никита, рад тебя видеть».— «А ну-ка, Алеша Попович, открой мне свою науку, покажи свой чудо-молоток». Эти слова Изотов произнес в шутку, потому что отбойный Стаханова был самый обыкновенный. «Что ж, поехали в мой кабинет»,— приглашает Стаханов. Спустились они в шахту, пришли в стахановский забой. И в тот день Никита Изотов за шесть часов нарубил 240 тонн угля. «Хороша твоя наука, Алексей,— смеется Никита Изотов,— и молоток хороший». «Если такое дело,— отвечает Стаханов,— если тебе нравится мой молоток, дарю его тебе».

Вернулся Изотов к себе на «Кочегарку». А тут из Москвы телеграмма — вызывали Никиту учиться на академика.

Надо прощаться. Спустился Изотов в шахту и, как говорится, под занавес, показал всем, какие бывают чудеса на свете. В тот день он дал 640 тонн угля, целый железнодорожный состав. Вот это был рекорд!

Однако же, надо ехать. Кому передать чудо-молоток? Пошел Никита до своего ученика, легендарного буденновца Ермолая Ермачка, и говорит: «Держи мой подарок, Емельян, и рубай уголь так, чтобы мне в Москве было слышно».

И уехал.

Растрогался Ермачок от дорогого подарка. .И пошла катавасия: в руках Ермачка стахановский отбойный заплясал, заходил ходуном. Что ни день, то новый рекорд Снова показал свое геройство боец за коммуну Ермолай Ермачок.

А заграница прислушивается: какие- такме чудеса происходят в стране СССР. И вот тебе — приехали в Горловку гости шз Франции, ихние горняки. Приехали и в сундучках привезли свой инструмент. Дескать, хоть ты и свой брат-рабочий, товарищ Ермачок, а проверить тебя не мешает.

Заходят гости в нарядную.

— Наше почтение, камарады.

— Добро пожаловать,— говорит Ермачок,— будьте гостями, не стесняйтесь, парле франсе…

Французские горняки говорят Ермачку:

— Слыхали мы, что у вас, камарад, есть волшебный отбойный молоток, которым вы за смену по десяти норм даете.

— Есть такой молоток,— отвечает Ермачок.— Если хотите посмотреть на него, собирайтесь в шахту. Вот вам спецовка, резиновые сапоги и все, что нужно.

Переоделись французы, получили подземные лампы, а сундучки со своим инструментом с собой прихватили. Сели в клеть — и их с ветерком на самый низ.

Пришли все к забою. С верхнего штрека съехали на спинах в гезенк, и очутились гости в лаве. Ермачок пробирается по стойкам спереди, за ним французы. Странно им. Видно, у них нет таких крутых пластов, опасаются, как бы не загреметь в стометровую пропасть. Потом ничего, освоились, крепкие ребята оказались. Да и то сказать: рабочий человек закален и в трудностях, и в нужде, и в страхе, и в терпении — ему все нипочем.

Дело было на пласте «Атаман», хороший пласт, да сильно крепкий уголь в нем.

Ну, камарады, давайте соревноваться, кто больше угля вырубит за смену.

Разошлись по уступам. Ермачок выбрал себе самый длинный и трудный, а гостям, где уголь помягче.

И пошла писать губерния. Ермачок рушит пласт так, что только грохот по рештакам — и уголь черной лавиной летит.

Французы себе работают, и вышло, что Ермачок вырубил угля больше, чем гости.

— Ну, как? — спрашивает Ермачок.

— Очень хорошо… Только почему вы дали десять норм, а мы только две постарались?.

— У меня молоток особенный,— смеется Ермачок.

— Чем же он особенный?

— Советский.

— Дозволь, камарад Ермачок, твоим молотком поработать.

— Пожалуйста, силь ву пле…

Как французские горняки ни старались, больше Ермачка всей бригадой не могли вырубить. Выходит: дело не в молотке, а в том, кто им работает. Покачивают французы головами, говорят:

— У нас во Франции нельзя так работать. Хозяин мигом половину шахтеров уволит.

— А вы хозяина по шее,— шутит Ермачок.

Гости посмеиваются, чешут в затылках.

— Не так это просто, дорогой советский камарад.

Поговорили так и выехали на-гора. Русские люди щедры на добро. Пригласил

Ермачок заграничных друзей к себе в дом, угостил яблоками из своего сада. Довольные уехали французы. Мы, говорят, про твой чудо-молоток своим товарищам расскажем.

— Правильно сделаете,— отвечает Ермачок.— Надо рабочему классу к одному берегу прибиваться.

Уехали французы к себе домой, и тут Ермачок получает письмо, пишут ему французские горняки: «Обнимаем тебя,

дорогой товарищ, от имени трехсот рабочих нашей шахты и пяти тысяч ожидающих работы на бирже труда».

Так отбойный молоток Ермачка стал агитатором, прославил наших стахановцев на всю заграницу.

Хороша та сказка, которая хорошо кончается. А нам с тобой горевать приходится. Началась война. Фашисты подмяли под свой сапог полмира. И вот уже кинулся Гитлерюга на нас. Пришло горькое время в Горловку: заявились фашисты.

— Где ваш шахтер по имени Ермачок и где его чудо-отбойный? Показывайте, иначе расстрел.

В ту пору Ермачок в партизаны подался. И случилась такая незадача — схватили его немцы:

— Ты Ермачок?

— Я.

— Будешь на нас работать?

— Не буду…

— Ладно… Тогда скажи, куда ты свой чудо-молоток спрятал, которым ты по десяти норм в смену добывал?

— Не видать вам заветного отбойного, как своих ушей.

— Выбирай: молоток или смерть?

— Смерть,— дерзко отвечает врагам Ермачок и смеется им в лицо.

Согнали гитлеровцы людей со всей шахтерской округи. «Смотрите, как мы расправимся с вашим героем».

На крюке подъемного крана повесили фашисты нашего Ермачка. Вся площадь перед Дворцом культуры, который сами шахтеры строили на субботниках, зашлась плачем людским.

Погиб легендарный герой, да только уголек его идет на-гора. Отыскали шахтеры чудо-молоток Ермачка, и он работает

до сих пор. Если хочешь убедиться в этом, приезжай в Горловку, приложи ухо к земле и услышишь, как весело стучит, клюет уголек отбойный Ермолая Ермачка.

На том слава герою и память навеки.

СПРАВКА: Леонид Михайлович Жариков (1911—1985) — советский писатель. Родился на Пятнадцатой линии в рабочем посёлке Юзовке в семье рабочего-каменщика. Автор трилогии «Повесть о суровом друге», «Судьба Илюши Барабанова» и «Красные сабли», а также множества рассказов, повестей и очерков, посвящённых нашему краю («Огни Донбасса», «Шахтёрские сказки», «Битва на реке Кальмиус»).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *